– Пух! – пистолетным выстрелом грянуло в кабинете.
Убитая муха, перекувыркнувшись в воздухе, шлепнулась кверху лапками на столешницу. Андрей Аксюков извлек из другого ящика стола пропитанную дезинфицирующим составом салфетку, взял ею муху и бросил в корзину для мусора. После этого он тщательно протер столешницу и рабочую часть мухобойки. Салфетка отправилась в корзину вслед за мухой, а мухобойку Андрей положил на место.
Без мухобойки на Чернобыльской АЭС было никак. Мухи-мутанты при полете издавали такой шум, что сосредоточиться на работе было невозможно. Хотя работы как таковой становилось все меньше и меньше. С того момента, как президент Украины лично заглушил последний реактор, задача персонала свелась к наблюдению за «саркофагом» и выгрузке ядерного топлива из остановленных энергоблоков. Топливо, согласно договору, отправляли в Россию.
В общем, Чернобыльская АЭС умирала. И каждый из ее еще несокращенных сотрудников задумывался о своем будущем. Оно выглядело безрадостным. В стране царил хаос. Несколько кланов отчаянно сражались за власть. У них были разные лозунги, но одинаковая цель – дорваться до распределения финансовых потоков. «Откаты» достигали пятидесяти процентов. То есть половина бюджета уходила в бездонные карманы чиновников. На это накладывалось «прямое» взяточничество. Владельцы строительных компаний, к примеру, даже не скрывали, что пятьдесят процентов стоимости квадратного метра жилья составляют взятки, уплаченные за получение различных разрешений и согласований.
Этот чиновничий беспредел порождал вроде бы беспричинную инфляцию. В то время, как во всем мире цены на товары и услуги в связи с кризисом снизились, а в соседней России повысились всего на два процента, на Украине цены беспрерывно росли и с начала года поднялись на пятьдесят процентов. Даже высокой зарплаты работников АЭС стало едва хватать, чтобы сводить концы с концами. Закрытие же станции, которое неотвратимо приближалось, для любого сокращенного специалиста грозило стать настоящей катастрофой. Найти другую работу в условиях кризиса было проблемой архисложной.